---

Видео на тему: Павел Викторович Данилин

Листья падают, листья падают. Стонет ветер, Протяжен и глух. Кто же сердце порадует? Кто его успокоит, мой друг? С отягченными веками Я смотрю и смотрю на луну. Вот опять петухи кукарекнули В обосененную тишину. Предрассветное. Синее. Раннее. И летающих звезд благодать. Загадать бы какое желание, Да не знаю, чего пожелать. Что желать под житейскою ношею, Проклиная удел свой и дом? Я хотел бы теперь хорошую Видеть девушку под окном. Чтоб с глазами она васильковыми Только мне – Не кому-нибудь – И словами и чувствами новыми Успокоила сердце и грудь. Чтоб под этою белою лунностью, Принимая счастливый удел, Я над песней не таял, не млел И с чужою веселою юностью О своей никогда не жалел.Просветительский курс лекций политолога, директора ЦПАСИ и доцента Финансового университета при правительстве РФ Данилина Павла. Проект ЦПАСИ «Специальная военная операция в вопросах и ответах» выиграл конкурс Грантов Мэра Москвы в категории «Наше наследие» в 2025 году. Пятая лекция "Почему у России не получилось быстро победить Украину"?Мильоны – вас. Нас – тьмы, и тьмы, и тьмы. Попробуйте, сразитесь с нами! Да, скифы – мы! Да, азиаты – мы, С раскосыми и жадными очами! Для вас – века, для нас – единый час. Мы, как послушные холопы, Держали щит меж двух враждебных рас Монголов и Европы! Вы сотни лет глядели на Восток, Копя и плавя наши перлы, И вы, глумясь, считали только срок, Когда наставить пушек жерла! О старый мир! Пока ты не погиб, Пока томишься мукой сладкой, Остановись, премудрый, как Эдип, Пред Сфинксом с древнею загадкой! Россия – Сфинкс! Ликуя и скорбя, И обливаясь черной кровью, Она глядит, глядит, глядит в тебя И с ненавистью, и с любовью!.. Да, так любить, как любит наша кровь, Никто из вас давно не любит! Забыли вы, что в мире есть любовь, Которая и жжет, и губит! Мы любим плоть – и вкус ее, и цвет, И душный, смертный плоти запах... Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет В тяжелых, нежных наших лапах? Привыкли мы, хватая под уздцы Играющих коней ретивых, Ломать коням тяжелые крестцы И усмирять рабынь строптивых... Мы широко по дебрям и лесам Перед Европою пригожей Расступимся! Мы обернемся к вам Своею азиатской рожей!У римской забытой дороги У римской забытой дороги недалеко от Дамаска мертвенны гор отроги, как императоров маски. Кольца на солнце грея, сдержанно скрытноваты, нежатся жирные змеи – только что с Клеопатры. Везли по дороге рубины, мечи из дамасской стали, и волосами рабыни, корчась, ее подметали. Старый палач и насильник, мазью натершись этрусской, покачиваясь в носилках, думал наместник обрюзглый: «Пусть от рабочей черни лишь черепа да ребра: все мы умрем, как черви, но не умрет дорога...» И думал нубиец-строитель, о камни бивший кувалдой, но все-таки раб строптивый, но все-таки раб коварный: «Помня только о плоти, вы позабыли бога, значит, и вы умрете, значит, умрет и дорога...» Сгнивали империи корни. Она, расползаясь, зияла, как сшитое нитками крови лоскутное одеяло. Опять применяли опыт улещиванья и пыток. Кровью пытались штопать, но нет ненадежней ниток. С римского лицемерия спала надменная тога, и умерла империя, и умирала дорога. Пытались прибегнуть к подлогу. Твердили, что в крови, когда-то пролитой на дорогу, дорога не виновата. Но дикой травы поколенья сводили с ней счеты крупно: родившая преступленья, дорога сама преступна. И всем палачам-дорогам, и всем дорогам-тиранам да будет высоким итогом высокая плата бурьяном! Так думал я на дороге, теперь для проезда закрытой, дороге, забывшей о боге, и богом за это забытой.Евгений Долматовский Боль Вьетнама Бомбы падают близко – у самого сердца. Не забыть, не забыться, товарищи, нам. Разбомбленная старость, убитое детство – Нашей жизни открытая рана – Вьетнам. Забывать не хочу и забыться не смею. Вижу хижины, вижу изгибы траншей. В джунглях хищники есть, в джунглях водятся змеи, Но незваные гости лютей и страшней. Парни рослые – сплошь как в команде бейсбольной. Только это со смертью игра, а не в мяч. На горящие джунгли взирает без боли Аккуратный, окончивший ко́лледж, палач. Вот следы интервентов – дождями не смыть их. Поднимается мир на вьетнамский набат. Превращаются там Сулливаны и Смиты В неизвестных солдат, в неизвестных солдат. Мне на Эльбе встречаться пришлось с их отцами, Как известно, с фашизмом сражались они. Сыновья показали себя во Вьетнаме. Виноваты вы сами, что доброе «а́ми» Как позор, как проклятье звучит в наши дни. Я не радуюсь гибели диких пришельцев – Горе их матерей безутешно. А все ж, Рисовод и зенитчик – точнее прицелься. Отбомбились? Уходят? Нет, врешь, не уйдешь! Кровью крашены красные волны в Меконге, Но Вьетнам до победы сражаться готов. Мистер Джонсон! Ужели рыбацкие джонки Угрожают дредноутам ваших флотов? Против морд этих бритых с оскалом злодейским Непреклонность фарфоровых матовых лиц, И фигур узкоплечая хрупкая детскость, И язык, мелодичный, как пение птиц. Мы-то знаем: у тех, кто за правое дело В бой идет, есть геройства особый запас, Наливающий сталью тщедушное тело, Приводящий в смятенье рискнувших напасть.Прошёл неясный разговор как по стеклу радара, что где-то там погиб майор Эрнесто Че Гевара. Шёл этот слух издалека, мерцая красным светом, как будто Марс сквозь облака над кровлями планеты. И на газетные листы с отчётливою силой, как кровь сквозь новые бинты, депеша проступила. Он был ответственным лицом отчизны небогатой, министр с апостольским лицом и бородой пирата. Ни в чём ему покоя нет, невесел этот опыт. Он запер - к чёрту! - кабинет и сам ушёл в окопы. Спускаясь с партизанских гор, дыша полночным жаром, в чужой стране погиб майор Эрнесто Че Гевара.Любовь была, и смерть была недолгой и взаимной, как клёкот горного орла весной в ущелье дымном. Так на полях иной страны сражались без упрёка рязанских пажитей сыны в Испании далёкой. Друзья мои! Не всё равно ль - признаюсь перед вами, - где я свою сыграю роль в глобальной грозной драме! Куда важней задача та, чтоб мне сыграть предвзято не палача и не шута, а красного солдата.Просветительский курс лекций политолога, директора ЦПАСИ и доцента Финансового университета при правительстве РФ Данилина Павла. Проект ЦПАСИ «Специальная военная операция в вопросах и ответах» выиграл конкурс Грантов Мэра Москвы в категории «Наше наследие» в 2025 году. Пятая лекция "Почему у России не получилось быстро победить Украину? "Я убит подо Ржевом, В безымянном болоте, В пятой роте, на левом, При жестоком налёте. Я не слышал разрыва, Я не видел той вспышки, — Точно в пропасть с обрыва — И ни дна ни покрышки. И во всем этом мире, До конца его дней, Ни петлИчки, ни лычки С гимнастёрки моей. Летом горького года Я убит. Для меня — Ни известий, ни сводок После этого дня. Фронт горел, не стихая, Как на теле рубец. Я убит и не знаю, Наш ли Ржев, наконец? Наши очи померкли, Пламень сердца погас, На земле на поверке Выкликают не нас. Нам свои боевые Не носить ордена. Вам — все это, живые. Нам — отрада одна: Что недаром боролись Мы за родину-мать. Пусть не слышен наш голос, — Вы должны его знать. И у мертвых, безгласных, Есть отрада одна: Мы за родину пали, Но она — спасена. Ах, своя ли, чужая, Вся в цветах иль в снегу… Я вам жизнь завещаю, — Что я больше могу? Завещаю в той жизни Вам счастливыми быть И родимой отчизне С честью дальше служить. И беречь ее свято, Братья, счастье свое — В память воина-брата, Что погиб за нее.Пришлось сократить текст и немного поменять начало, чтобы разрешили создать эту песню. Нынче холодно и волны с перехлёстом. Скоро осень, все изменится в округе. Смена красок этих трогательней, Постум, чем одежды перемена у подруги. Посылаю тебе, Постум, эти книги… Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко? Как там Цезарь? Чем он занят? Всё интриги? Всё интриги, вероятно, да обжорство… Я сижу в своем саду, горит светильник. Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых. Вместо слабых мира этого и сильных -- лишь согласное гуденье насекомых. Пусть и вправду, Постум, курица не птица, но с куриными мозгами хватишь горя. Если выпало в Империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря. И от Цезаря далеко, и от вьюги. Лебезить не нужно, трусить, торопиться. Говоришь, что все наместники -- ворюги? Но ворюга мне милей, чем кровопийца. Вот и прожили мы больше половины. Как сказал мне старый раб перед таверной: "Мы, оглядываясь, видим лишь руины". Взгляд, конечно, очень варварский, но верный. Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом. Разыщу большой кувшин, воды налью им... Как там в Ливии, мой Постум, -- или где там? Неужели до сих пор еще воюем? Помнишь, Постум, у наместника сестрица? Худощавая, но с полными ногами. Ты с ней спал еще... Недавно стала жрица. Жрица, Постум, и общается с богами. Скоро, Постум, друг твой, любящий сложенье, долг свой давний вычитанию заплатит. Забери из-под подушки сбереженья, там немного, но на похороны хватит. Поезжай на вороной своей кобыле в дом гетер под городскую нашу стену. Дай им цену, за которую любили, чтоб за ту же и оплакивали цену.Ты вновь несчастна, а я молчу- ты плачешь. Я ухожу, а как же быть иначе? Я ухожу - ведь ты плачешь. . . Плачешь. Ни слова вслед, ни просьбы и ни стона. Стоишь в в слезах печальная Мадонна. Я не вернусь к тебе-Мадонна. . . Мадонна. И пусть мне больно будет, пусть мне будет горько! “Жизнь такова”,- скажу я только. “А на войне, как на войне”,-скажу я только. . . Только. Но может будет все иначе, все иначе будет? Ведь нас с тобой лишь Бог один рассудит, А вместе с тем, пусть будет, так как будет. . . Так, как будет.Это совсем забавно, и вряд ли кто-то вспомнит, но на фоне нового сезона Пацанов, мне в голову пришло, что когда-то же мы относились к осьминогам иначе... Был такой Осьминог Пауль, предсказывавший результаты футбольных матчей 2008-2010 годов. И вот, после очередного феерического угадывания очередного матча (в 2010 году - на что указывает и отсылка к смогу, заполонившему тогда Москву), я написал стишок, который, очевидно, будет на ура восприняты "Пучиной" из "Пацанов": Смотрю на суши бар я с омерзением, Глотая легкими седой московский смог, Там каждый час творится преступленье, Когда под нож ложится осьминог. Несчастные, совсем мозги просрали! Палач ваш повар, гад и пи.арас! Ведь добрый осьминог по кличке Пауль Умней, чем вы, в десятки тысяч раз. Да лучше б совершили вы сепукку И перешли б с саке вы на Массандру! Чем осьминогов резать на закуску И жрать потенциальную Кассандру. И вам позор, клиенты заведенья. Чем потчует сеньор вот эту даму? Очнитесь! В этом вашем угощенье Скрывается убитый Нострадамус! Я рву рубашку на груди, целую ноги У повара. Прошу его - постой, Ведь, это же не просто осьминоги! Они ж умней в сто раз, чем мы с тобой… Официант снует привычно шустро Надежды нет и нету больше сил - Под соусом подали Заратустру, А в маринаде тает Даниил.Может все не так уж почернело? Может есть у нас еще дорога? Может цель найдем мы или дело, Может быть уйдет от нас тревога? Припев Луч света на лицо твое падет, Теплые руки солнца тебе откроют дверь Верю я, сказка свой путь ко мне найдет, Только ты в эту сказку тоже поверь. Будет все для нас - солнце и луна, Майский вечер теплый, дождик чистый, Будет лишь для нас цвести и петь весна, Лишь для нас распустится Ландыш серебристый. Припев. Пусть тучи летят над нами. пусть. Знаю, что это на время, Знаю. пройдет тоска, печаль и грусть. Горе пройдет твое, я верю. ПрипевДумали будет просто: Дунули и вуаля - Крым - их полуостров, Донбасс - чужая земля. Действовали смело И не боясь расплаты: Подожгли, что горело, Стравили брата с братом. Кровь заливала пашни, Кровь превращалась в грязь. А эти - считали башли, Мамоне своей молясь. Погреть решили руки? Но не убежишь от судьбы! Теперь, получайте, суки, С щенками своими гробы. Рвется от лая горло, Брешут собаки зря - Тянутся к небу гордо Акации и Тополя. Цветут Гиацинты и Флоксы Всем врагам говоря: Крым - наш полуостров, Донбасс - наша земля.У нас на погонах - новые звезды, На кителях сверкают кресты. А на могиле, на дальнем погосте, Тоже звезда, крест и цветы. Рядом с оградкой, покрашенной синим, С белым крестом и с красной звездой, Надпись простая - "Витя Калина". "Калина" - это такой позывной. Бой, марш-бросок, засада в низине, Все бы остались костьми там лежать. Если бы только брат наш, Калина, Не запретил нам в тот день умирать. Дырка в броне, стонет трехсотый, Лупят по нам, головы не поднять. Сколько нам жить? Пять минут или восемь? "Братья, не время вам погибать! Вы уходите, я вас прикрою“, - КПВТ застучал по хохлам. “Ты, командир, брось, что будет со мною, Это уже я решать буду сам“. Все мы ушли, а Калина остался. Вскоре с боями вернуться смогли: Гильзы, броня, пулеметная башня, Мертвый Калина в башне лежит... Сколько сроков с тех пор бы не минуло, Ничто не забыто. Никто не забыт. И ангел с простым позывным "Калина" Там, на небе, нас вечно хранит.То не зелено-квитный, траченый изотопом, — жовто-блакитный реет над Конотопом, скроенный из холста: знать, припасла Канада — даром, что без креста: но хохлам не надо. Гой ты, рушник-карбованец, семечки в потной жмене! Не нам, кацапам, их обвинять в измене. Сами под образами семьдесят лет в Рязани с залитыми глазами жили, как при Тарзане. Скажем им, звонкой матерью паузы метя, строго: скатертью вам, хохлы, и рушником дорога. Ступайте от нас в жупане, не говоря в мундире, по адресу на три буквы на все четыре стороны. Пусть теперь в мазанке хором Гансы с ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы. Как в петлю лезть, так сообща, сук выбирая в чаще, а курицу из борща грызть в одиночку слаще? Прощевайте, хохлы! Пожили вместе, хватит. Плюнуть, что ли, в Днипро: может, он вспять покатит, брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый отвернутыми углами и вековой обидой. Не поминайте лихом! Вашего неба, хлеба нам — подавись мы жмыхом и потолком — не треба. Нечего портить кровь, рвать на груди одежду. Кончилась, знать, любовь, коли была промежду. Что ковыряться зря в рваных корнях глаголом! Вас родила земля: грунт, чернозем с подзолом. Полно качать права, шить нам одно, другое. Эта земля не дает вам, кавунам, покоя. Ой-да левада-степь, краля, баштан, вареник. Больше, поди, теряли: больше людей, чем денег. Как-нибудь перебьемся. А что до слезы из глаза, Нет на нее указа ждать до другого раза. С Богом, орлы, казаки, гетманы, вертухаи! Только когда придет и вам помирать, бугаи, будете вы хрипеть, царапая край матраса, строчки из Александра, а не брехню Тараса.Старшина вращает баранку, Наплывает на нас горизонт, Километры глотает «буханка», И все ближе – Западный фронт. Мост, пролет рухнул наземь, а надпись: «Слава инженерным войскам». За спиною осталось Счастье, Впереди чадит Лисичанск… Столб, на нем - простреленный постер, Уцелевший в этом аду: «Говорите по-русски, не бойтесь», - Я успел прочитать на ходу… Будто память из фотоальбома Шлет из прошлого страшный привет, Что вот в этом разрушенном доме Все проверено – мин больше нет. Не дороги, а направления, Не дома, а землянки в лесу. Огонек обнимает поленья, Камуфляж кипятится в тазу… Слева танки, а справа – болото, Гулко садит по цели «Пион», Шестьдесят четвертый - в окопе, Поле, лес, а за лесом – кордон. Повезло, что сегодня – без скорых. В небе громко рычит вертолет. Вроде мы подорвали опорник, В общем, всем нам сегодня везет… Вечер, вновь старшина за баранкой, Хорошо возвращаться назад! Вот блокпост, дальше люди в гражданке, Флаг, на флаге - Кадыров Ахмад…Я пишу тебе смс-ки, мама. Ты прости, что редко звонил. Это не от того, что плохая память, Просто так вот сложилось… Или я так сложил. «Ты прости меня, мама», - Вывожу на экране Запоздало по срокам на годы вперед. Адресат недоступен, а вовсе не занят, И невовремя сказанных слов не прочтет. Знаешь, мама, теперь сам, конечно, я знаю, Что слова эти больше тебе не нужны. Вновь и вновь в никуда смс отправляю, Словно там растворяется чувство вины. Словно мост из сегодня во вчера протянут, И вот на этом мосту, посередине пути, Останавливаюсь и шлю смску маме, В которой два слова: «Мама, прости».Гитары, песни дни и ночи, Воспоминания о том, что было, О чем мечтали, что мы любили. . . Неужто все? и место точке. Неужто круг уже замкнулся, И свечка дружбы догорела. В глаза глядим себе несмело, Не веря в то, что обманулся. Жмем руки весело, беспечно, В глазах слезу слезой сменяя, И, осознав, не принимаем, Что расстаемся мы навечно. Как мы цепляемся за грезы, В своих иллюзиях витая, Но миражи, как снег, растают, Оставив только боль и слезы.Если хочешь дракона убить, Сам готов будь драконом стать, Жизнь драконью готов будь прожить И драконьи мечты мечтать: Чтоб скорее случилось так, Чтоб не тысячи лет быть, Чтоб нашелся такой же простак, Что дракона решился убить. А пока ты еще не вошел, Не ворвался в пещеру, во тьму... Ты подумай еще разок - Нужно ль это тебе самому?Рилс на тему "Пишут, что Украина - жертва русского колониализма. Так ли это?" из цикла просветительского курса лекций политолога, директора ЦПАСИ и доцента Финансового университета при правительстве РФ Данилина Павла. Проект ЦПАСИ «Специальная военная операция в вопросах и ответах» выиграл конкурс Грантов Мэра Москвы в категории «Наше наследие» в 2025 году.